Школьные директора отказывают даже семьям с московской регистрацией

- Мальчишка-узбек, толковый, умненький, по улицам вместо школы бегает! - взволнованно позвонила в «КП» читательница из Ясенева. - Он учиться хочет! А его не берут!

Вот те на... Департамент образования столицы сколько раз разъяснял: любой приезжий ребенок, если он живет в Москве, должен учиться в школе. И сомнений в том, что такое распоряжение выполняется, прежде не было. Напротив, уже из учебных заведений стали звонить в редакцию: детям сложно учиться, полкласса говорят по-русски с акцентом!

А тут...

«Учитель сказал: не положено»

Узбеки-дворники занимают подсобное помещение в подъезде жилого дома. Под лестницей, в полуподвальной каморке, пропахшей водопроводной сыростью, по-походному сложены узенькие нары. Мать, отец, сын, двоюродная сестра с мужем и дочерью - все  ночуют здесь. В углу свалены лопаты и метлы.

8-летнего улыбчивого мальчишку Шохрухбека во дворе зовут по-простому: Сашкой. Почти год он, пока мама с папой моют подъезды, болтается без дела. 

- Сколько я должен платить, что ты приехал? - робко спросил у меня Рашид, отец семейства. Сам высокого роста, он, казалось, все равно смотрел  снизу вверх, подняв на меня полные усталости испуганные карие глаза.

- Ну, милиция приходил - плати, - пояснил Рашид. - Зарплату получил - начальник плати...

Такая вот нехитрая арифметика гастарбайтера: из 4 тысяч, заработанных в ЖЭКе, 1200 забирают местные менты. На оставшиеся деньги нужно питаться, какие-то крохи пересылать на родину.

Саша-Шохрухбек окончил первый класс в Узбекистане. Родители сообразили, что придется ехать в Россию, и учили Саню в русской школе.

Никаких документов семья оттуда не привезла: то ли забыли, то ли потеряли. Есть только паспорт, который выдали Саше, когда он с родителями выезжал из страны.

- Я просился-просился в школу, а меня не берут, - пожимает худенькими плечиками Сашка.

- Учитель сказал: не положенo, - развел руками отец Рашид.

- Мне нравилось в школе. - Когда Саня улыбается, на щеках появляются смешные ямочки. - Пап, а если меня возьмут, купишь мне рюкзак с роботами?

Временщики

С начала учебного года Рахмановы обошли четыре местные школы. В трех их даже на порог не пустили. В одной охранник выгнал узбеков со словами: «У нас антитеррористические мероприятия, посторонним вход воспрещен».

Я взял бумаги Сашки и пошел в ближайшую школу. Передо мной двери открыли. Вера Васильевна Работкина, директор 864-й,  меня тут же заверила, что Рахмановы к ней не обращались. И без особого рвения, но все же пообещала, что поможет:

- Пускай приходят.

Иду в соседнюю школу, откуда Рахмановых завернул охранник. И здесь после демонстрации редакционного удостоверения все решается в несколько минут.

- Только между нами, - доверительно начала разговор директор после того, как я пообещал не называть ее имени и номера школы. - Да, мы стараемся брать поменьше приезжих. Поймите нас тоже! Они - временщики! Приезжают на год, каждый месяц меняют съемные квартиры. Какой смысл учить их детей - они ведь тоже в классах не задерживаются. Да и страшно мне брать их в школу. А вдруг они какую-нибудь заразу принесут из своих подвалов? А потом отвечать, когда вся школа подхватит инфекцию... Да и ведут они себя зачастую слишком развязно - к дисциплине не приучены и менталитет другой.

Полгода назад я готовил публикацию о проблемах обучения детей-мигрантов в столичных школах. Точно так же директоров «прорывало» только после того, как я выключал диктофон. И не дай бог назвать имя и номер школы в газете: «Мы хотим отсюда выйти живыми!»

Я вернулся в столичный двор, где порядок наводят Сашкины родители. Нашел мальчишку:

- Завтра можешь собирать ранец!

Он подпрыгнул от радости и побежал в подвал - выбирать более-менее приличную одежку...

Максим ЛЬВОВ

KP.RU